ВВОДНАЯ

Действие игры происходит в авторском мире. Жанр игры - фэнтези с элементами темного фэнтези. Мастеринг пассивный.

Меню навигации рекомендуется для быстрого доступа к начальным темам форума:

Гостевая Правила Сюжет игры

Роли Поиск персонажей Шаблон анкеты

Обсудить игру Оформить эпизод Хроники



ВАЖНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

25.11.14. игра официально остановлена.

Из-за отсутствия какого-либо спроса, было решено официально закрыть проект.

Матчасть будет закрыта для гостей.
Игровая зона будет открыта для чтения.

Прием новых персонажей остановлен.
Срок жизни игры - 4 года.

СОБЫТИЯ В МИРЕ

Западный континент страдает от открывшейся в самой разной части Империи большей части Священных Врат, из которых вылетают Падшие души. Разлетаясь по миру, они находят своих Носителей, и те, теряя разум, нападают на всё, что движется.
Тем временем с пропажи Императора прошел почти год, и за это время каждый Президент все яростнее держится за свои земли, защищая границы, опасаясь нападения соседнего Района Империи. Война же между Империей и южными варварами продолжается.
Страница 3 из 4«1234»
ФРПГ Плач Богов: Император » ИГРОВОЙ МИР » Руины памяти: Эпилог » Какова цена жизни? (2 день Второго месяца Осени 721 года. Империя, Район Далий.)
Какова цена жизни?
МирозданиеДата: Пятница, 02 Мар 2012, 16:43 | Сообщение # 1


Принимайте поправки за помощь - и это будет верно.

В неизвестности.
Дата, время, погода: 2 день Второго месяца Осени 721 года. Погода пасмурная, темная, довольно прохладная из-за неприятного холодного ветра с моря; около +11 градусов. Время - в районе 6 утра.
Местоположение: Империя, Район Далий. Близ портового города Ораэ.
Участники: Шиан, Дарленн Саволль.
Общая информация: после неприятностей в деревне ночью 1 числа, прибыв в Ораэ поздним вечером 1-го числа для отдыха, Шиан, не дожидаясь, пока бывшему спутнику, варвару, взбредет в голову посягнуть на его личную вещь - Дарленн - попросту пришел ночью к ней, пригрозил, связал, как было необходимо и... вывез из города, для чего пришлось изрядно потратиться, подкупив стражу, отдав почти все сбережения. Но все-таки покинуть город удалось, а это было главным.
 
ДарленнДата: Среда, 21 Мар 2012, 18:35 | Сообщение # 41







Западные границы леса близ города Ораэ.

Поведением Шиан напоминал ей хищника, который явился на чужую территорию, и тут же объявил ее своей – рыскал, осматривался. От шайра зачем он жрицу оттеснил, хотя возражать та не стала. Хочется расседлывать самому – да ради всего святого.
Пока тэнэбрэ разбирался с ремнями и потником, девушка просто остановилась в стороне. Походная жизнь, несмотря на многочисленные мечты о путешествиях, не была ее коньком. На Манипуре столь длительные перегоны делать просто негде, паломничая с другими жрицами они, как правило, останавливались на постоялых дворах или платили за постой в жилых домах. Во время поездок с Грейвеллом служанка-целительница уже пользовалась привилегированным положением, поэтому вся походная работа ложилась на плечи других слуг.
В общем, помочь она Шиану вряд ли чем-то могла. Предпочитала не мешать. Послонялась по периметру поляны, и не найдя себе дела, вернулась к своей сумке. Выудила оттуда веревку, и, перекинув ее через локоть, соорудила импровизированный недоуздок. Жеребец быстро проникся к своей всаднице доверием, поэтому беспрепятственно позволил себя привязать.
Сгустившиеся сумерки делали лес неприветливым и мрачным. Ночь обещала быть ясной, из-за туч выплыла серебристая Перлен, поэтому такой темноты, какая царила в мертвой деревушке сутки назад, не было.
На удивление, мужчина позвал ее с собой в лес – то ли не хотел, чтобы сбежала, то ли решил все же придумать какое-то дело. Причем шел он быстро, споро, будто днем. Хорошо ему, красноглазому, что темнота, что свет…сама колдунья плелась сзади, стараясь не споткнуться о какую-то некстати попавшуюся корягу, и не скатиться в какой-то овраг. Кругом было темно, сыро и довольно тихо.
В третий раз оступившись, эрбэнэт поняла, что любит природу уже далеко не так сильно как раньше. По крайней мере, природу здешнюю, а не островную.
Вскоре, выяснилась причина, зачем тэнэбрэ притащил ее сюда – все так же молча жрица взяла три деревяшки и вновь пристроилась в хвост к своему спутнику. В копилку ее наблюдений прибавилось: этот недо-господин еще и с топором умеет обращаться получше иного дровосека. Да и вообще, судя по поведению, слуги с няньками ему явно не нужны…
Пока Шиан занимался разведением огня, сама остроухая держалась возле шайра. Жеребца не мешало бы вычистить, но никакого инструмента под рукой не было, пришлось ограничиваться выбиранием репьев из гривы. Пришло в голову, что если уж конь перешел в их владение, то не помешает придумать ему кличку…
Когда тэнэбрэ взмахом руки подозвал целительницу к себе, она испытала отголосок давнишнего раздражения – он что, каждый раз собирается тащить ее за собой, будто собаку на привязи? Однако, услышав про реку и возможность вымыться, Дара послушно последовала за мужчиной.
Искупаться хотелось, хотя она и предчувствовала, что Шиан даже из этого процесса сделает очередное представление. Глубоко вздохнув, айлвийка следовала за белокосым.
Река действительно оказалась невдалеке. Берега густо заросли метелками лисохвоста, который в перленном свете казался серебряным. У самой кромки воды шумела осока, шагах в двадцати к речной воде склонила ветки-плети старая ракита.
Бросив быстрый взгляд на провожатого, жрица отвернулась и пошла в сторону старого дерева. На ходу она раздергивала шнуровку лифа платья.
 
ШианДата: Среда, 21 Мар 2012, 19:06 | Сообщение # 42







Западные границы леса близ города Ораэ. Река.

Река оказалась ближе, чем Шиан ожидал. Наверное, и десяти минут не прошло, как они уже вышли к поросшему берегу. Широкая, но неглубокая и бегущая откуда-то с юга по небольшому по склону вниз, она разбивалась множеством крупных камней. Небольшими водопадами ниспадая вниз по плавному склону, она больше напоминала широкий ручей. И лишь чуть ниже глубина реки была такой, что позволила бы полноценно окунуться.
К тому времени как они дошли до реки, пот от работы на спине уже успел подсохнуть, и тэнэбрэ остывшей кожей ощутил дыхание осеннего воздуха куда сильнее, чем ранее.
Пройдя к воде и поставив чайник на замеченный камень, тэнэбрэ зачерпнул в ладони холодной воды и брызнул ею в лицо. Затем повторил это два раза, а после – быстро омыл торс. Заметив, что девчонка пошла за деревья, он задумчиво окинул окружающий их лес. Мелкие точки ауры всяких насекомых, птиц в дуплах и гнездах, а также прочее мелкое зверье, определить которое по ауре было сложно. Забавно, но за двадцать лет, что он прожил среди людей толком о зверье с поверхности он почти ничего не знал. Выживать о научился еще в рабстве, что уж говорить о последних неделях, проведенных в бегах. Но вот изучить как следует внешний мир не удалось. Конечно, он знал о существовании всяких там белок, бурундуков, волков и прочего подобного зверья, но далеко не каждого представителя животного мира, о котором знал, он видел. В горах жизнь все же была совершенно иной…
Прикинув, что лес уже погрузился в сон, по крайней мере эта его часть – точно, Шиан решил воспользоваться моментом. Быстро стащив с себя всю одежду, лишь украдкой бросив взгляд в сторону деревьев, за которыми раздевалась девчонка, мужчина по пояс зашел в холодную воду.
Ноги по щиколотку увязли в чем-то склизком и мерзком на ощупь. Словно он наступил в чьи-то потроха. По телу же разом побежали мурашки. И все таки желание смыть с себя грязь, которая, казалось, за годы рабства вообще въелась в его кожу и сделала ее еще темнее, было неимоверным. Зачерпнув воды, омыв плечи и грудь, тэнэбрэ наклонился вперед, окуная голову под воду и с шумным выдохом откидывая голову назад, выпрямляясь. Холодная вода оживляла как никогда. Растирая руки и грудь он даже не смотрел в сторону эрбэнэт, пока та не появилась из-за деревьев...
 
ДарленнДата: Среда, 21 Мар 2012, 23:32 | Сообщение # 43







Западные границы леса близ города Ораэ. Река.

Пока шла, непроизвольно сжимала зубы, в ожидании каких-то слов, произнесенных в спину. Чего-то такого глумливо-мерзкого, чисто шиановского. Ждала, внутренне подбиралась, словно в предчувствие удара… но с каждым шагом расстояние между ними росло, а тэнэбрэ молчал. Дара сперва даже не поверила, хотела обернуться, чтобы проверить – он вообще там или ушел обратно в лагерь? Желание возникло и тут же стихийно улетучилось, ибо на самом деле местопребывание белокосого ее касалось в самую последнюю очередь.
Стоило ей минуть широкую речную иву, как эрбэнэт почувствовала какую-то безотчетную легкость. Вроде бы с чего? Их с мужчиной разделяют несчастные двадцать метров, а вот поди ж ты! Словно целый день тащила на себе куль с мукой, а теперь сбросила его на землю для краткой передышки.
Несмотря на холодный ветер и черные, неприветливые воды реки, девушке внезапно стало хорошо, легко, как от глотка горячего вина.
Следом за верхним платьем на землю легла вся остальная одежда, и жрица направилась к воде. Под ногами мягко расползался ил, поэтому идти приходилось осторожно, если не хочешь, конечно, купаться в мутной жиже, поднятой со дна. Вода казалась просто ледяной, ветер пронизывающим, поэтому стоило зайти по грудь, как айлвийка мягко оттолкнулась ногами от дна и поплыла. Практически тут же повернулась на спину, откидывая голову назад. Стало холодно, жарко, а затем снова холодно. Никакого удовольствия от такого плавания, только молиться Богам, чтобы ногу судорогой не свело. Но слишком уж целительнице хотелось смыть с себя пот, дорожный запах и прикосновения тэнэбрэ. Пусть касался он ее сквозь полотно одежды, но желание вымыться от этого не становилось меньше. Обжигающий мучительный холод приносил желанное ощущение чистоты.
Однако, долго плескаться в осенней речке островитянка, естественно, не сумела. Буквально через несколько минут запястья и лодыжки начали неметь, губы задрожали, зуб на зуб не попадал.
К берегу возвращалась колдунья куда живее, чем заходила. А уж одевалась так вообще будто в армии, хотя затягивать шнуровку окоченевшими пальцами – то еще удовольствие. Одевшись и кое-как растерев плечи, айлвийка направилась обратно. Шла медленно, по дороге то оправляя платье, то наклоняясь в сторону и выжимая волосы.
Встречаться с Шианом не хотелось абсолютно, и Дара судорожно соображала, какое бы себе придумать неотложное занятие, чтобы выторговать еще тишины и спокойствия.
 
ШианДата: Четверг, 22 Мар 2012, 00:16 | Сообщение # 44







Западные границы леса близ города Ораэ. Река и лес.

Несмотря на то, что вода была ледяная, Шиан не стучал зубами и даже не был смущен холодностью воды. Когда двадцать лет тебе приходится мыться только в холодной воде и никакой другой – привыкаешь. И река кажется уже просто божественным вариантом, в отличие от бадьи, куда порой приходилось залазить после того как в воде, что в ней темнела, уже купался кто-то еще. Конечно, зачем набирать слишком много воды для рабов? Лучше менять ее после каждого третьего или хотя бы пятого. А отвести их стадом к реке, где они сами вымоются – и того лучше. Поэтому сейчас, находясь в воде и зная, что за спиной не стоит какой-нибудь очередной надсмотрщик, Шиан словно специально, на зло неведомым врагам, мылся спокойно, даже не спеша, словно продлевая удовольствие.
В холодной воде дико захотелось чего-нибудь крепкого. Хорошего Роохского вина, например. О, как он соскучился по нему…
Внимание вдруг привлекло крупное красное пятно ауры девицы, что возвращалась. Отлично, она уже была готова. Странно, он ожидал, что она будет возиться дольше. Видимо, для нее холодная вода была действительно холодна. Усмехнувшись этой мысли, Шиан провел рукой по волосам, убирая их назад, после чего двинулся к берегу. Выйдя из воды, даже не обращая внимания на то, что девчонка прекрасно его видела с головы до ног, тэнэбрэ стряхнул лишнюю влагу скомканной рубахой, после чего натянул штаны и застегнул на поясе ремень с ножнами, который даже не вздумал оставить на месте их стоянки. Он уже было хотел подхватить сапоги, пусть и не собирался пока надевать их, как вдруг по спине пробежался нехороший холодок.
Шиан замер на мгновение, после чего огляделся, окинув другой берег реки волчьим взглядом. «Что это было?» - казалось, и не было ничего, но почему-то внезапно возникшее чувство тревоги никуда не проходило. Как если бы он услышал что-то, чего не должно было быть в вечернем лесу. Что-то лишнее, но привлекшее внимание лишь незаметно, вызвав подозрение. Он смотрел вокруг, но не видел новых точек ауры, как и силуэтов, что заставили бы его вытащить меч из ножен.
Свернув верхнюю одежду в рулон и воткнув в один из сапогов, а затем взяв оба сапога левой рукой, еще раз бросив взгляд на другой берег реки, а затем оглядев кроны деревьев, тоже не заметив ничего подозрительного, Шиан негромко, даже задумчиво, сказал, обращаясь к девчонке:
- Шагай, - после чего пошел прочь от реки по направлению к лагерю.
Шагая босиком по лесному ковру, не обращая внимание на мелкие ветки, что порой неприятно впивались в ступни, Шиан думал о том, что ему не могло показаться то, что якобы показалось. Просто так чувство опасения не возникает. И вот, когда где-то далеко впереди появились первые признаки света от костра в их лагере, он вновь ощутил это чувство. Остановившись как вкопанный, замерев, Шиан быстро стрельнул глазами сперва в одну, затем в другую сторону.
До ушей докатился звук отдаленно похожий на клокотание перед рычанием. В нем было что-то волчье, но за все пребывание в этом месте он ни разу не слышал волчьего воя, что послужило бы предупреждением. Момент, когда во тьме вспыхнули красноватые точки чьих-то глаз, Шиан уловил достаточно быстро, чтобы бросить на землю сапоги и быстро подскочив к девчонке, схватить ее за руку и рвануть с ней в сторону лагеря.
- Шевели ногами! – почти рявкнул через плечо мужчина, когда девчонка постоянно оттягивала его куда-то назад, не поспевая.
«Делорги! Их еще не хватало! Разве они водятся в таких местах!?» - промелькнуло в голове, когда он понял, кто открыл этой ночью на них охоту. И понимание этого заставляло быстрее шевелить ногами, потому как утробное клокотание, наряду с треском веток где-то по бокам, лишь подгоняло.
А затем путь был перекрыт. На их пути выскочила огромная черная тварь. Ее можно было бы принять за волка, если бы тело ее не было покрыто чешуйчатого вида кожей, на узкой морде с отходящими назад и переходящими на холку костяными наростами, не светились две точки красных глаз, а хвост, до боли напоминающий зубьями драконий, не хлестал по воздуху.
В этот момент мир для Шиана стал черно-белым, а меч покинул ножны.
- Не смотри в их глаза! Вообще закрой глаза! - скомандовал тэнэбрэ девчонке, заводя руку назад, и убирая ее себе за спину.
Черная тварь впереди не светилась аурой. Черная кожа словно защищала взрослого делорга от обнаружения, даже такого. Скалясь и капая слюной на травянистый ковер, тварь смотрела на Шиана, а он смотрел на нее. Если бы он делал это предварительно не окрасив свои глаза в красный, не наделив свои глаза силой Темного Бога Рока, он бы уже отключился и позволил себя сожрать.
«Только один? Странно…» - и действительно, в Льесальских горах эти твари всегда ходили небольшими стаями в пять-шесть особей. Хотя, до этого момента Шиан вообще не знал, что делорги обитают еще где-то кроме его родных гор...
Глядя в глаза зверю, тэнэбрэ пытался не упустить момент, когда он бросится вперед. И ему это почти удалось. Он опоздал лишь на секунду, успев лишь толкнуть эрбэнэт в сторону, потому как кинувшийся вперед зверь в следующий миг уже впился зубами Шиану в левое плечо, повалив его на землю.
Сжимая зубы от боли тэнэбрэ старался отодвинуть от себя зверя левой рукой, что упиралась тому в шею, но выходило это крайне плохо, а права рука вместе с мечом была зажата между ним и тушей делорга.
Но вечно держать хватку на плече зверю было не нужно - ему нужна была шея. Отпустив плечо, заставив Шиана облегченно выдохнуть, зверь клацнул зубами у самого лица. Все же желание жить перебивало боль в плече, хотя держать левой рукой морду твари на расстоянии было с каждой секундой все тяжелее, особенно когда зверь решил пару раз ударить лапами по его плечам.
- Пошел... к Року! - вдруг взбесившись, что какая-то тварь смеет посягать на его свободу и жизнь, мужчина перевернул левую кисть, вцепившись пальцами в горло зверю и одновременно пнув того правым коленом. Зверь дернулся, ударил лапой тэнэбрэ по лицу, оцарапав жесткими подушечками лап и точно оставив пару красных полос туповатыми когтями, но этого хватило чтобы слегка освободить руку и перевернуть меч. Едва лезвие коснулось брюха ночного пса, как Шиан с силой дернул рукой вверх, практически впилив меч в мягкое брюхо делорга. Тот взвыл, дернувшись в сторону и припав на землю, скуля и рыча одновременно, пополз куда-то прочь.
Лежа на спине и тяжело дыша, все еще находясь в легком шоке от боли, что пронизывала все левое плечо, Шиан попытался встать, опираясь на меч как на трость. Левая рука при этом безжизненно свисала. Не хотелось двигать даже пальцем.
Отрезвил только звук отдаленного рычания еще как минимум пары тех же тварей. В горле пересохло от злости. Метнув взгляд на девчонку, не обращая внимание на ужас, что лег на ее лицо, тэнэбрэ выпрямился и, чуть пошатнувшись, махнул рукой с мечом в сторону лагеря.
- Беги, дура! - после чего и сам двинулся в сторону лагеря так быстро, как мог. Боль была сильной и он стал двигаться медленнее, но все-таки боль была в плече, а не в ногах, поэтому на них он стоял еще вполне сносно, как и бежал.
 
ДарленнДата: Четверг, 22 Мар 2012, 18:06 | Сообщение # 45







Западные границы леса близ города Ораэ. Река и лес.

Все же шаг пришлось ускорить – холодно, руки окоченели, а с мокрых волос влага стекала, заставляя платье неприятно липнуть на спине. Хотелось побыстрее оказаться возле костра, пусть даже и в компании Шиана. Упомянутый выбрался из воды практически сразу после того, как жрица появилась из-за ракиты. Глянула на него девушка скорее машинально, да и сразу же отвернулась в сторону леса.
Услышав распоряжение на свой счет, целительница едва заметно повела плечами и зашагала. Метелки лисохвоста легонько щекотали щиколотки, и подумалось Даре, что не помешает нарвать этой травы для шайра…
Когда Шиан остановился, остроухая сама едва не споткнулась от удивления. Тэнэбрэ замер, словно увидев или услышав нечто неприятное. Колдунья уже хотела поинтересоваться в чем дело, но за секунду прислушалась сама. И вдоль хребта продрал морозец.
Потому что лес молчал. Не было слышно ни перезвона сверчков, ни треньканья зяблика. Вообще ничего. Вокруг все замерло в ожидании.
Вопреки расхожему мнению горожан, что с приходом темноты все живое засыпает, ночью природа живет так же пылко, ярко, как и днем. Уже будучи свободной Дара любила проводить поздние вечера в храмовом саду – северная ночь была сладкой, ароматной, пьянящей. Распускались лиловые цветы манипурской магнолии, где-то в кронах деревьев трели выводил соловей, а среди зарослей цикламенов перекликались цикады, по мрамору ступеней то и дело скользили маленькие, полупрозрачные геккончики.
Дара любила окружающий мир достаточно, чтобы знать – когда птицы и насекомые замолкают, это не к добру. Рядом опасность.
Мысли, образы пронеслись в ее голове за какое-то мгновение, и дальнейшие события развивались быстрее, чем она могла их осмыслить.
Тэнэбрэ внезапно отбросил прочь собственные вещи, схватил ее за руку и потащил куда-то вперед.
- Шевели ногами!
Легко сказать! Айлвийка и на открытой местности при дневном свете за ним бы не угналась, что уж теперь, когда приходиться бежать практически вслепую…
Мужчина очень спешил добраться до лагеря – то ли огонь должен был отпугнуть неизвестных преследователей, то ли еще что. Спешил, но не успел.
Тварь, преградившую им путь, жрица даже рассмотреть толком не успела, слишком уж быстро оказалась за спиной у тэнэбрэ, а потом послушно зажмурилась. Несколько долгих томительных секунд ничего не происходило, и колдунья совсем уж собралась открыть глаза, как неведомая сила отшвырнула ее прочь. Бессознательно выставив ладони вперед, девушка кое-как смягчила падение и тут же распахнула глаза, оглядываясь через плечо.
На земле, в нескольких шагах от нее сцепились…нет, не хищник и жертва, скорее уж два озлобленных зверя. Теперь у эрбэнэт получилось рассмотреть нападавшего, этакий гибрид пса и ящерицы. Выглядела тварь мощно, сбросить ее с себя Шиан не мог, равно как и ударить мечом.
На жрицу накатил какой-то животный ступор – вот так замирает косуля, когда видит в десяти шагах от себя замершего волка. Расширенными от ужаса глазами она наблюдала за противостоянием, и все же пропустила тот момент, когда тэнэбрэ изловчился выпотрошить «пса» - рычание сменилось скулежом, тварь поползла прочь.
От быстрого бега и ужаса, сердце стучало быстро, гулко, и судя по ощущениям, везде – в груди, жилах, ушах, висках, животе.
Поднимался Шиан медленно, с трудом опираясь на собственный клинок. Внутри у айлвы что-то дернулось – в неверном серебристом свете темная кожа левого плеча и груди масляно поблескивала.
В затуманенном мозгу внезапно всплыла абсолютно неуместная мысль, что если зверь хорошенько ухватил зубами за плечо, то мог не только мышцы растерзать, но и надорвать плечеголовную или подключичную вену…
Из состояния ступора ее вывел грубый окрик – оцепенение отступило, словно от ушата ледяной воды. Дара кошкой вывернулась, вскидываясь на ноги. Бежать по ночному лесу стало ничуть не легче, но теперь ее подгонял вполне конкретный страх и оскаленное крысино-песье рыло, до сих пор стоящее перед глазами.
На поляну, в центре которой пылал костер, колдунья выскочила перепуганным зайцем. Первым желанием было закинуть на спину шайра потник, сорвать привязь и дать хороших шенкелей – под эрбэнэт жеребец пойдет и без стремян с уздой.
Она даже шагнула в направлении лошади, но тут же остановилась и, обернувшись, вгляделась в темную чащу. Где-то там сейчас должен быть Шиан…
 
ШианДата: Пятница, 23 Мар 2012, 01:44 | Сообщение # 46







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

То ли девушка была так напугана произошедшим, то ли наконец поняла, что может умереть, если не будет шевелиться, но повторять ей второй раз о том, что нужно бежать, необходимости не было. Она сорвалась с места и стрелой полетела вперед, меж деревьями, что даже Шиан, вынужденный придерживать левую руку правой, в которой все еще сжимал меч, смотрящий лезвием вниз, малость за ней не поспевал. Хотя, не своди всю левую сторону тела от боли, он бы двигался куда как увереннее, так, как ранее, когда ему пришлось волочить девчонку следом за собой – вряд ли с того момента она стала бегать сильно быстрее. Периодически поглядывая по сторонам, а заодно и под ноги, чтобы не запнуться об какую-нибудь упавшую ветку или выступающий корень, тэнэбрэ выскочил на полянку с костром через несколько секунд после того, как там появилась эрбэнэт. Глаза его в этот момент сразу же окрасились в серый.
Резко остановившись, тяжело несколько раз вдохнув и выдохнув, оглядываясь и прислушиваясь, Шиан махнул девчонке рукой с зажатым в ней мечом.
- Эти твари обладают моими глазами, но свет их ослепляет. Пока есть источник света – они не подойдут слишком близко. Помогай!
Мужчина расковырял костер мечом, разделив поленья, которые спешно растаскал правой рукой в стороны за еще не обгоревшие стороны, создав небольшой круг из пяти поленьев, шестое оставив по центру, и накидав сверху мелкого хвороста из опавших веток и листьев на каждый. На это ушло не больше тройки минут, тем более что девчонка спешно помогала.
«Какого демона первый так далеко от своей стаи?» - задался Шиан тем вопросом, что промелькнул в его голове еще когда он бросился бежать вслед за эрбэнэт. Но боль в левом плече отрезвила, заодно и напомнив о том, что она была достаточно сильной.
Посмотрев на собственное плечо, тэн нахмурился и даже оскалился. Как вовремя, демоны побери! Еще не хватает где-то застрять, когда так нужно двигаться вперед. Если зубы делорга занесли кучу дряни в его тело и это затем выльется в проблемы…
«Хотя с чем бы? - взгляд, осматривающий дырки от зубов, из которых сочилась кровь, уже обильно смазавшая темную кожу и впитавшаяся в штаны с левой стороны, был переведен на девчонку. – Она ведь целитель…»
- Каштанка! – не желая называть девчонку по ее убогому имени, он обратился к ней так, как вышло, исключительно по ассоциациям.
Он уже давно заметил, что она была похожа на человека больше, чем на эрбэнэт, не только из-за черт лица, но и из-за свойственного им цвета волос. Подойдя к ней и кивнув на окровавленное плечо, стараясь не так сильно морщиться от боли, как хотелось бы (хотя от злости Шиан кривился сейчас даже больше), он твердо сказал:
- Даю тебе три минуты на твою целебную магию, - взгляд обратился назад, к лесу. Стая пока не настигла их, возможно, обхаживала место, где уже подыхал их сородич, заодно вынюхивая куда делась «добыча». – Давай, колдуй, если хочешь дожить до утра.
Сказал Шиан это уже глядя девчонке в глаза. Как ни странно, но сейчас, если она ничего не сможет сделать, то вряд ли он справится с целой стаей делоргов. Рука пусть и не была обездвижена, он делать ею что-либо путное, после укуса такого противника как ночной пес – крайне сложно. А когда перед носом окажется пара-тройка таких же… тут каким бы ты опытным ни был, как бы не умел владеть мечом и сколько бы знаний не было в твоей голове, но тебе уже ничего не поможет. С ограничивающими движения и возможности ранами против стаи подобных тварей, что были сильнее волков и ловчее кошек – не выстоять в одиночку. А Шиан был один. Слабая девчонка, что сидела там, на лесном ковре, когда он капал кровью на опавшие осенние листья, поднимаясь на ноги, была бы ему обузой. Если бы не была колдуньей, что могла исправить положение.
Тэнэбрэ едва ли не передергивало от мысли, что он сейчас практически зависит от нее, впрочем, как и она от него. Они нужны были друг другу, иначе выжить было нельзя. И придется уж побороть в себе эту гордость ненадолго, чтобы иметь возможность воплотить все свои планы в жизнь. Хотя… не будет девки, он бы вообще не попал в такую ситуацию. И на кой он вообще о ней заботился? Если бы ее сожрали, он бы ничего особо и не потерял, но в лесу почему-то поддался странному порыву и завел ее себе за спину. А вообще… нет. Он знал, почему он так сделал. Она была его. Принадлежала ему. И он никому, даже всякому зверью, не позволит покушаться на его собственность…
 
ДарленнДата: Пятница, 23 Мар 2012, 15:42 | Сообщение # 47







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Шиан появился из темноты чуть ли не сразу же, после того, как жрица о нем вспомнила. В свете костра раненное плечо выглядело еще более многообещающим в плане неприятностей своему хозяину, но это не помешало тэнэбрэ тут же начать раздавать приказы. Впрочем, сейчас Дара была им только рада. Когда в подобной ситуации рядом оказывается некто точно знающий что делать, это большая удача. Поэтому распоряжение она выполняла точно и беспрекословно.
Когда мужчина окликнул ее, целительница даже не сразу сообразила, что обращаются к ней. Потом испытала возмущение – правда, было то слабым и каким-то невразумительным, в такой-то ситуации. Да пусть хоть нанду ее называет, лишь бы придумал, как выпутаться из всего этого!
На просьбу помочь его слова ни разу не походили – скорее, на очередной приказ. Хотя приказ своевременный, это девушка и сама понимала. Поэтому сейчас же она приложила два пальца левой руки, к внутренней стороне правого запястья, где вот уже двадцать лет красовалась Руна Жизни.
Ощущения при активизации были….своеобразными. Как будто на кожу капают горячим свечным воском. Неприятно, но все же терпимо. К тому же колдунья поняла, что сейчас может с лихвой отплатить белокосому – и за похищение с оглушением, и за все последующие его слова и действия. Это лишь на картинках целители, похожие на аниан, лечат золотистым свечением, а их пациенты сидят со счастливо-благостными лицами. На деле, колдуны обманывали природу, хотели восстановить за пару минут то, что должно было заживать несколько недель. Они нарушали естественный ход вещей, и для больного сам процесс приятным назвать было сложно – приходилось стягивать разорванные мышцы, сдвигать осколки кости, «сшивать» сосуды и сухожилия. От подобного эрбэнэт остановило осознание – только что мужчина вторично спас ей жизнь. Нет, если бы он не потащил ее демон знает куда, то всего этого и не произошло, но все же…
Первый импульс силы заблокировал нервные окончания и узлы, отчего левая рука, вместе с плечом, утратили всякую чувствительность. Затем уж жрица не осторожничая, взялась за плечо, дотрагиваясь пальцами до краев ран. Колдовство «прощупывало» повреждения – Шиану сказочно, просто божественно повезло, и сухожилия, и связки остались целыми, сустав не раздавило. Быстродействующего яда так же не чувствовалось. А вот вену все же надорвало – эрбэнэт нахмурилась.
Она даже не заметила, как ушел страх, и руки уже не тряслись, и сердце не стучало как бешенное. На некоторое время она вообще забыла, что вокруг рыскают здоровенные ящероволки, сосредоточившись на своем деле.
Все остальные проблемы перестали существовать. Еще в храме отмечали, что улыбчивая мягкая в повседневности девушка становилась на удивление раздражительной, если кто-то лез под руку во время ее колдовства, давал советы или просто отвлекал посторонними разговорами. А приятельницы утверждали, будто стоило ей заняться делом, и казалась айлвийка старше и…злее, что ли. Взгляд становился цепким, быстрым, черты лица заострялись, отчего сама Дара начинала походить на хищную птицу.
«Еще бы они не заострялись», - думала жрица, - «если из тебя по капле сливаются собственные силы».
Действовала она машинально. Тридцать секунд – дезинфекция, буквальное выпаривание звериной слюны. Еще минута на то, чтобы восстановить стенки крупных сосудов.
- Они ядовиты? Жрут падаль? Переносят болезни? – вопросы были заданы по ходу дела и скорее на будущее, потому как вывод из крови всей возможной мерзости займет куда больше времени, чем три минуты, отпущенные ей Шианом.
Каждый след зубов приходилось сводить пальцами, заживляя рассеченную плоть и кожу. Сила текла по рукам, будто теплая вода, но текла слишком быстро и в конце колдунья ощутила, как кровь шумит в ушах.
В последнюю очередь сняла блок с нервных окончаний, убирая онемение и возвращая возможность пользоваться рукой.
Отступив прочь, девушка ощутила, как заломило виски. Руна Жизни медленно «остывала» на запястье.
Дара молча подняла взгляд на тэнэбрэ - если у того имеются какие-то распоряжения, относительно ее действий, когда их найдут, то и сам выскажет, даже спрашивать не нужно. За этим не заржавеет...
Сообщение отредактировал Дарленн - Пятница, 23 Мар 2012, 19:11
 
ШианДата: Суббота, 24 Мар 2012, 01:27 | Сообщение # 48







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Луовийка принялась за работу сразу же, без претензий и лишний слов, что было весьма кстати. Слушать пустую болтовню, когда идет подсчет времени вплоть до секунд, тэнэбрэ не просто не смог бы, даже не стал бы. Но, к счастью, ему и не пришлось.
Когда девушка начала работу Шиан понял сразу – не только по светящейся на гладкой коже руне, почему-то немного знакомой (похожие он вроде видел в своей «прошлой» жизни, кажется, нечто похожее было начерчено на полу в одном из залов Совета…), но и по тому, что едва эрбэнэт коснулась руки, та потеряла всякую чувствительность. При этом он все еще как будто чувствовал саму руку, пожалуй, даже смог бы двигать ею, если бы пожелал, но вот действительно настоящие ощущения из нее пропали. Это было странное чувство, не похожее на то, какое бы, наверное, было, если бы укус сделал конечность действительно недееспособной. И пусть подобного с тэнэбрэ никогда не было, что не могло не радовать, почему-то он был уверен, что тогда ощущения были бы другие.
Боль, что сковывала всю левую часть тела, как следствие, тоже испарилась, что принесло облегчение и позволило вздохнуть спокойно. Это была своеобразная краткая передышка для Шиана, прежде чем ему бы пришлось вновь встать лицом к красноглазым ночным псам. Но что больше всего во всем происходящем привлекло внимание мужчины, так это лицо эрбэнэт.
Заострившееся, с жестким выражением, серьезным, даже почти злым взглядом, оно не давало Шиану отвести взгляда. Он был почти приятно удивлен. Потому как видел именно то лицо, что видел ранее, тогда, когда отвесил несносной девице оплеуху. Все-таки ему не показалось, и даже больше, потому как сейчас лицо эрбэнэт было выше всяких похвал. Окрась ее кожу в серо-пепельный, а волосы в белый или, лучше, фиолетовый, она была бы самой настоящей тэнэбрэ, с этим холодным огнем в глазах. Можно было даже сказать, что Шиан залюбовался и даже задумался о том, что, возможно, родись луовийка в Чисгэрии, в семье тэнэбрэ, из нее бы вышла отличная тэнэбрийская женщина. Такой огонь в глазах, живой, горячий, но какой-то далекий, не каждый день удавалось увидеть. Было в нем что-то, что привлекало. И Шиан ощутил, что его интерес заметно возрос. Эрбэнэт перед ним была ему очень интересна. Дурная, глуповатая, смотрящая на мир глазами девчонки, жившей без особых проблем, она при этом, похоже, прекрасно познала унижения, пусть и далеко не все, умела их сносить… но вряд ли внутри примирялась с этим. О нет, Шиан просто не поверил бы в это, особенно теперь, видя ее лицо. Будь девка хоть немного посильнее духом, ей бы хватило смелости всадить кинжал кому-нибудь в глотку. Ее глаза говорили за нее. А вот ее воспитание этому мешало…
- До сих пор я не знал, что делорги водятся где-то помимо Чисгэрии, - нехотя признался тэнэбрэ, когда девушка задала свои вопросы, понимая, что своими словами даст знать, что жил еще во времена существования своей родины. - Наши «псы» жрали все, что могли. О чистоте пасти можешь сама догадаться.
По истечению тройки-четверки минут, когда от делоргских укусов осталась лишь кровь, омывшая плечо, а руке вернулась чувствительность, Шиан повел плечами, затем согнул и разогнул руку в локте, после чего глянул на эрбэнэт.
- Молодец, - с легкими отголосками одобрения, сказал он, после пары секунд разглядывания девчонки. Выглядела она как-то отрешенной, видимо, достаточно устала, из-за спешной работы.
Возможно, он еще что-нибудь сказал бы, но тут послышался треск веток и со стороны леса к поляне практически вплотную подскочило трое делоргов, что почти тут же, с щенячьим визгом, отскочили в стороны, когда свет от нескольких костров, ослепил их. Шайр, испуганно заржавший, встал на дыбы, но затем опустился и зафыркав, попятился к центру поляны.
- Успокой его, - как будто раздраженно, на деле же просто слишком задумавшись, бросил тэнэбрэ луовийке.
«Если бы у меня было много света, я зарубил бы их почти в легкую…» - думал он тем временем. Взгляд его переходил от одного костра к другому, в то время как делорги метались вокруг поляны, огороженной деревьями, шипя и щелкая пастями на находящихся в ее центре людей. Эти твари слишком боялись света, что заодно и «обжигал» им глаза, и чтобы подойти ближе они не стали бы даже перепрыгивать через костры. Ведь тогда оказались бы в круге света и были бы совсем ослеплены. Вылезать к троим ночным тварям вот так, просто, без всего, только с мечом, было бы большой глупостью. С факелом – тоже не выход. Скорее нужно было бы поджечь себя, чтобы действительно напугать их ослеплением. Не без сожаления Шиан отметил, что…
- Придется ждать рассвета, - пнув опавшие листья в сторону центрального костерка, буркнул он, махнув мечом в сторону делоргов. – Они не подойдут ближе, пока горит огонь, но и нас не выпустят. Соваться наружу – самоубийство, если нет большого источника света. Иной вариант – поджечь все деревья вокруг, - он бросил взгляд на забор из сосен, что окружал их стоянку, - и пока они горят, зарубить этих тварей...
Этот вариант тэнэбрэ устроил бы, не будь возможности случайного поджога всего леса. Это уже было слишком. Он достаточно прожил среди людей, чтобы по-настоящему понять ценность лесов, чтобы понимать, что вот так просто их поджигать не стоит. Хмуро, злясь из-за того, что частичка прошлого настигла его в такой неподходящий момент и мешала идти дальше, Шиан уселся прямо на опавшие листья у центрального костра, полено которого было скорее широким куском ствола сосны, положив рядом с собой меч. Положив руки на согнутые колени и коснувшись губами сцепленных пальцев, он исподлобья наблюдал за красноватыми огоньками глаз делоргов, что ушли в тень.
- Они будут дожидаться удачного момента. Пока станет меньше огня и света, а может и пока мы не заснем и не будем опасны даже если они осмелятся сунуться за границы лагеря… - он бросил взгляд не луовийку. – Короче... спать до появления Зота мы не будем.
Сказав это он еще раз внимательно оглядел девушку. Снова вспомнилось ее выражение лица, когда он ее ударил, а теперь и более свежее, более близкое и открытое, когда она залечивала его раны. Только сейчас он вспомнил, что на левом плече все еще было много не смытой крови. В голове промелькнула мысль, что надо бы смыть кровь, чтобы не привлекать ее запахом еще кого-нибудь… кому какие-то костерки страшны не будут.
Мокрая челка, лезущая на глаза, вдруг стала так раздражать, что Шиан, чуть прикрыв глаза, удлинил себе волосы. Те стали общей длины и теперь касались кожи чуть ниже ключиц, при этом пряди, что были сплетены в косу тэнэбрэ никак не тронул. Зато теперь можно было без проблем убрать пятерней волосы назад, чтобы те не лезли в лицо, что мужчина сразу же и сделал.
 
ДарленнДата: Суббота, 24 Мар 2012, 20:15 | Сообщение # 49







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Попутно запомнив странное слово «делорги», что, по-видимому, являлось названием мерзких тварей, эрбэнэт подвела неутешительный итог – несмотря на то, что истечь кровью Шиану больше не грозило, но на заражение этой самой крови он здесь был главным претендентом. Укус падальщика во сто крат опаснее укуса хищника, питающегося свежатиной. Ко всему тому же, лишь Боги знают, переносчикам каких болезней могут быть эти… делорги.
Целительница хотела озвучить свои соображения, но не успела – к лагерю пожаловали гости. Несмотря на то, что псы сразу же с визгом отпрянули подальше от костров, но отсветы позволяли рассмотреть их лучше. Ничего привлекательного хищники из себя не представляли – матово поблескивала чешуя, узкая морда более напоминала крысиную, чем волчью, а уж мясистые длинные хвосты выглядели и вовсе отвратительно. Девушка непроизвольно передернула плечами, представив, что было бы встреться она с такой тварью одна… И тут же, вспомнив приказ Шиана не смотреть им в глаза, вообще отвернулась.
Следом за короткой похвалой она услышала очередное распоряжение, и уже шагнув прочь сделала для себя неприятное открытые – похоже, это уже входит в какую-то привычку: тэнэбрэ приказывает, она выполняет. И пусть его приказы уместны… Хотя, даже будь они абсурдны, что она сумела бы противопоставить?
Ощущая, как звон в ушах начинает стихать, колдунья двинулась к взволнованному шайру. Подошла слева, перехватила импровизированный чумбур, заставляя лошадь опустить голову. Жеребец косил темным глазом, пофыркивал, нервно перебирал передними ногами… Дара подумала, что сейчас очень не помешали бы шоры. Под ее прикосновениями верховой перестал дрожать, хотя дышал все еще нервно, тяжело. Дать бы ему сейчас что-то вкусное, дольку морковки или соленый сухарик…
Мужчину, когда тот заговорил, острухая слушала, не оборачиваясь, и на предложение поджечь лес только вздернула удивленно брови. Вокруг сосняк, а хвоя занимается в считанные минуты... да через четверть часа здесь развернется просто огненное море. Не хватало еще самим в дыму задохнуться.
Пока жрица закрепляла узел привязи, обратила внимания, что правая ладонь все еще испачкана чужой кровью – высыхая, та стала неприятно липнуть. Оставив шайра, она направилась к собственной сумке, брошенной возле центрального костра. Выудила оттуда флягу и, плеснув из нее, вымыла руку. В экономии воды она смысла не видела, в конце концов, они тут не на века застряли, если верить словам Шиана, то с рассветом псам придется уйти.
Все же, новость, что спать сегодня не придется, никак эрбэнэт не порадовала. С одной стороны, она не видела особого смысла в этом «мы» - следить за рыщущими хищниками все равно предстоит мужчине, для тварей целительница что спящая, что бодрствующая в проблему не встанет. С другой сторону – демона с два она уснет, зная, что вокруг снуют такие чудища. Отвратительно начавшийся день так де отвратительно заканчивался.
Девушка удивленно сморгнула, когда тэнэбрэ выкинул очередной из своих фокусов – белоснежные пряди достигли одной длинны, доставая теперь плеч. К тому, как он «зажигал» свои красные глаза айлвийка уже притерпелась, но это что-то новенькое…
Впрочем, сейчас ее больше волновали последствия ранения. После нападения делорга прошло уже немало времени, плюс тэнэбрэ пришлось бежать, пульс учащался и скорость распространения заразы повышалась.
Дара чувствовала, что Шиан в горячке будет обладать нравом еще более поганым, чем Шиан здоровый, поэтому медлить нежелательно.
Как-то задумчиво прищурившись, она выдернула из сумки полоску льняной ткани. Свернув ее, смочила водой и протянула сидящему на земле мужчине, коротко кивнув на залитую кровью грудь.
- Значит, время у нас есть, - целительница быстро скосила глаза в сторону леса, где шастали псы, и снова посмотрела на тэнэбрэ. - Я восстановила рассеченные сосуды, но через укус зверь мог занести тебе в кровь что угодно – от простой гнили, до какой-то инфекции. Чтобы избежать заражения мне нужно опять колдовать, чем скорее, тем лучше для тебя. Это будет не три минуты, полчаса – не меньше.
Если заживление поврежденного плеча напоминал короткий и выматывающий спринт, то теперь ей предстоял более длительный «забег».
Сообщение отредактировал Дарленн - Суббота, 24 Мар 2012, 20:37
 
ШианДата: Суббота, 24 Мар 2012, 20:49 | Сообщение # 50







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Когда луовийка заговорила, Шиан поднял на нее внимательный взгляд. То, о чем она говорила уже пробегало в его мыслях вскользь еще когда она спросила про то, чем чреваты имеющиеся укусы. Он знал, что она была права, но задался вопросом, почему она это все ему говорила. По сути она была его «вольной пленницей» и ей было бы выгоднее все оставить как есть и надеяться на то, что он свалится с заражением, а сама она сможет убежать. Но почему-то она предлагала помощь.
«В чем подвох? - задумчиво глядя на эрбэнэт, думал Шиан. – Я видел, как исцеляют наши колдуньи, да и меня уже не раз лечили подобным образом. И ни единого раза никто не заикнулся о повторе лечения. Наши женщины все делали с первого раза. Или дело во времени? Может быть…»
Тэнэбрэ все же не верил, что девчонка может вот так спокойно предлагать ему помощь. Тому, кто совсем недавно унижал ее, лапая в наказание и смешивая ее с грязью. Практически любая тэнэбрийка предложит тому, кто унижал ее, помощь только в случае если захочет убить во время ее оказания. Либо луовийка планировала нечто подобное, либо же… это все просто было на основе ее глупой религии. Луови же призывает дарить любовь? Видимо, где-то для верующих в нее есть пункт о том, что «нужно помогать даже тем, кто с вами плохо обращается». Убить девчонка вряд ли могла, огня у нее в глазах было еще не так много для этого, да и мировоззрение не поможет. А значит, все могло действительно упираться в эту ее религию…
«Как жалко. Их вера в волю этой божественной шлюшки настолько велика, что они позволяют вытирать об себя ноги?» - мысленно сплюнул от отвращения тэнэбрэ. На деле же прикинул, что предложение девчонки, все же, удачное. Какой смысл было отказываться? А вот если она попытается что-то выкинуть – вот тогда посмотрим, для кого это плохо закончится, для него или для нее…
- Делай, - коротко бросил Шиан, переводя взгляд с луовийки на костер. Краем глаза он видел где-то в тени едва приметные из-за света костров, тени и их движения, хотя шелест опавших листьев и клокочущее, утробное, негромкое в этот раз, рычание, привлекал больше внимания.
- И зачем тебе это? – спросил тэнэбрэ, когда девчонка приступила к работе.
 
ДарленнДата: Суббота, 24 Мар 2012, 21:58 | Сообщение # 51







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Получив короткое одобрение, жрица вновь прижала Руну Жизни на запястье. Привычно сконцентрировалась, хотя последующий вопрос все усилия сбил.
И впервые эрбэнэт захотелось рассмеяться. Потому что он не понимал…
Наверное, тэнэбрэ вообразил, что она просто боится и таким вот незамысловатым способом пытается заслужить его расположение. Или что она обыкновенная блаженная дурочка, мечтающая помочь всем и сразу. Интересно, в их Чисгэрии было такое понятие как «мастерство»? Уважение к собственному делу? Знание, что если ты уж взялся за какое-то ремесло, то делай его хорошо, или не суйся вообще? И если да, там такому учили, то чего он сейчас не понимает?
Отвечать на этот скользкий вопрос было опасно. Он может опять принять сказанное за дерзость, и начать очередное поучительное выступление. Но именно сейчас айлвийке не хотелось молчать… Он мог не принимать уклад ее родного общества, мог не понимать религию (простительно, учитывая, что Дара сама еще не до конца все понимает), грубить и насмехаться, но уж такие-то прописные истины должен понимать!
Да, ее ремесло имело две стороны. Целители, как и лекари, знали чужое тело так, как не знал его сам владелец. Можно заблокировать нервный узел, а можно его «растревожить», причиняя боль. Можно сместить осколок раздробленной кости, но что случится, если «подвинуть» вот так же один из позвонков хребта? Но кем станет целитель, после того как начнет практиковать такие методы?
Руну на этот раз пришлось «разогревать» дольше, потому как и сил на этот раз нужно куда больше. Кожу на запястье неприятно покалывало, и колдунья чуть хмурилась, когда заговорила.
- Ты называл меня «шлюхой», Шиан. А это не так. Я лекарь. Целитель. Именно этим я занимаюсь при храме, а вовсе не «раздвиганием ног». И целитель из меня вышел хороший. Если начала дело, то я доведу его до конца.
На тэнэбрэ она смотреть не хотела, вместо этого глядела в костер – во-первых, концентрации способствует, во-вторых, чего на него смотреть, сейчас Шиана станет слышно. И обязательно будет озвучена какая-то мерзость, по типу уже сказанных днем. Что удивительно, его слова не оскорбляли. Может, потому что мнение белокосого являлось для жрицы не самой великой ценностью, а может потому что от него не было слышно еще ни одного хорошего слова в чей-то адрес. Создавалось впечатление, что мужчина ненавидит весь мир заранее, на упреждение, так сказать. И мир, похоже, отвечает ему взаимностью. Никогда еще на пути у Дары не встречалось никого подобного. Шиан делал все, чтобы за его гробом шли только падальщики…
Целительница поднялась на ноги.
- Мне придется зайти тебе за спину. Надеюсь, против ты не будешь.
 
ШианДата: Суббота, 24 Мар 2012, 22:45 | Сообщение # 52







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Заговорила девушка как-то странно. Вернее, странным был тон. Ставший каким-то глубоким голос звучал спокойно, несколько отчужденно, но при этом в нем было что-то, что напоминало то ли обиду, то ли снисхождение, то ли всё разом. Чувства этот тон вызвал весьма странные и они Шиану не понравились. Он чувствовал так, будто его обвиняли в чем-то, за что обвинять не имели права. Эффект этот слова девчонки лишь усиливали. Но и еще одна вещь привлекла внимание тэнэбрэ, которая уже была воспринята с глуховатым гневом где-то внутри. И это было отнюдь не легкое бахвальство, пусть и в его легком проявлении, которое, вполне возможно, было просто констатацией факта.
Шиан сощурился, скосив взгляд на эрбэнэт, глуховато произнеся:
- Тогда у тебя еще меньше мозгов, чем я думал. Не являясь жрицей Луови, а состоя при храме только как целитель, ты все же назвалась ею. И после этого тебе не нравится, что тебя называют шлюхой? – он отвел взгляд, хмыкнув, резко выдохнув через нос. – Кем назвалась, той тебя и считают. В следующий раз будешь думать, прежде чем рот открывать.
Его просто выворачивало от злости, даже мышцы на руках напряглись. Он просто не понимал, как можно жить вот так. Говоря всю ту чушь, что в голову взбредет, смотреть на мир так, как смотрела эта эрбэнэт, да и наверняка смотрели многие другие из ее народа, да и не только из ее, а вообще все, кто поклонялся Луови больше, чем всем остальным Богам. Зачем она назвалась жрицей он не понимал совершенно. Или, считая, что раз она торчит под крышей луовийского Храма, значит, теперь может называться кем-то? Если он будет жить под крышей дома трайнов, он ведь не станет варваром, таким же, как они. Так какого эта девчонка…
Эрбэнэт (луовийкой ее уже называть можно было только из соображений божественного покровительства) вдруг встала, сказав то, что заставило Шиана медленно вдохнуть через нос:
- Мне придется зайти тебе за спину. Надеюсь, против ты не будешь.
«Надейся». Великое желание послать ее к демонам билось в нем вместе с сердцем.
- Даже не думай, - коротко и холодно бросил он, добавив: - Укус охватил плечо, до нужных мест ты вполне дотянешься и спереди.
И пусть даже девчонка бы ему ничего не сделала, просто не посмела бы, он все равно не позволил бы ей быть за его спиной сейчас. Одно дело, когда эта дура привлекает внимание делорга, который может ее убить, другое, когда она сама просится назад, когда в этом нет особой нужды.
Где-то в тени послышалось приглушенное ворчание ночного пса.
 
ДарленнДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 01:33 | Сообщение # 53







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Полученная отповедь не вызвала ничего кроме острого ощущения усталости – у тэнэбрэ, похоже, была беда либо со слухом, либо с памятью. Ведь несколько часов назад, когда он спрашивал о ее умениях, жрица рассказала о своей профессии, и отметила, что с этим ремеслом и состоит при Храме. Теперь снова-здорово. И не глупый же вроде бы мужчина, пусть и малость зацикленный, так почему он с таким апломбом рассуждает о том, что даже ни разу не видел? Очень колдунье было сомнительно, что Шиан хоть раз в жизни посещал храм Луови. Тогда к чему все эти рассуждения? Откуда ему знать, кто там считается жрицей, а кто нет, и какая из них чем занимается?
Разве ему можно втолковать, что жрицы дают любовь не только через наслаждение тела. Любовь идет бок о бок с милосердием, умением облегчить чужие страдания, и именно этим занимались служительницы в храмовой лечебнице. Порой, участие, искренняя забота, переплетенная все той же любовью, нужна была не меньше, чем самые целебные травы и чары.
Все так же стоя перед ним, и глядя на танцующие языки пламени, колдунья вновь заговорила. Бессознательно она взяла тот же тон, которым разговаривала с Грейвеллом, когда тот бывал не в духе. Бесцветный, нейтральный, лишенный любой эмоциональной окраски.
- У девушек, служащих в храме разные обязанности. Но все они называются жрицами Богини.
Отказ на безобиднейшее, по сути, предложение, был ожидаемым, хоть и вызвал у колдуньи отголосок глухого раздражения, сродни тому, когда кто-то со стороны начинал отпускать советы под руку. В конце концов, она же не лезла к мужчине с рекомендациями как лучше зарезать чешуйчатую тварь! Если тэнэбрэ настолько спесив, что учит ее собственному делу (в котором, скорее всего, не очень много понимает, на колдуна-целителя он не похож), то это лишь его проблема. Будь на его месте кто-то другой, эрбэнэт может и постаралась настоять, объяснить насколько это опасно, возможно попросить и начать уговаривать, но только не в данном случае. Бестолку. Он все равно поступит по-своему, а настаивать, это нарываться на грубость. В лучшем случае – на грубость.
Поэтому она лишь покорно опустилась на свое место.
- Мне не нужно плечо. Нужны крупнейшие сосуды для очищения крови. Но нет так нет. Я не могу тебя принудить. Подождем.
«…пока начнется лихорадка, и ты станешь более сговорчивым».
Отступаться от своих слов жрица и не думала – раз уж начала, то вылечит. Пусть и придется сбивать по ходу жар, «сливая» почти весь резерв отпущенных ей сил. Да, это будет ей стоить больше. Да, это, скорее всего, будет малоприятно для него самого. Но выбор в данной ситуации делает не она, так что взятки гладки.
 
ШианДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 02:30 | Сообщение # 54







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Тэнэбрэ лишь усмехнулся, хотя его действие можно было бы скорее назвать ухмылкой. Сосуды, вены, прочая чушь…
«Хороша целительница, что не может с помощью магии сразу все сделать. Она явно выбрала не то дело в жизни, ей нужно было лечить руками и ножом, как те немногочисленные врачи, которым не нужна магия. Наши колдуньи никогда не тратили время на подобную ерунду и исцеляли при этом каждого, если рана не была смертельной. Сразу видно – исцеляла только в спокойной обстановке, никаких тебе воев под ухом, свистов стрел и клацания зубов за спиной…» - злость мешала связно думать, поэтому Шиан решил вообще больше не размышлять над словами девчонки и ее поведением.
Тяжело выдохнув, закрыв глаза и нахмурив брови, мужчина прислушался к происходящему за границами лагеря. Псы ходили вокруг полянки, как звери внутри клетки – с нетерпением и животной злобой, что не могут вонзить в зубы в добычу, что была так рядом. Это напомнило Шиану его не жизнь, нет, существование в рабстве. Так же он смотрел на окружающих его трайнов, которые долгие двадцать лет были для него хозяевами.
Брови сошлись на переносице сильнее, так, что даже лоб заболел, как и челюсть, что была сильно сжата. Да, он смотрел на каждого из них и представлял, как будет мстить и всем, кто хоть как-то раз посмотрел на него косо, посмел поднять руку и оставить очередной шрам на его теле.
И в итоге все так и произошло, пусть он и не лишил жизни всех, кого хотел. Но шрамы при этом никуда не делись. Они давно стали напоминанием ему о его рабстве. Он ненавидел их как следы рук трайнов, которые уже никогда не смоешь. Это было хуже, чем иметь метку предателя, которую на него повесил собственный Клан… и Совет.
Шиан открыл глаза, пусть и оставил их сильно суженными, и посмотрел на огонь. Он вдруг вспомнил…
- Если в Храм Луови придет женщина-тэнэбрэ, – не глядя на эрбэнэт, начал Шиан, - что ее ждет?
Да, он вспомнил о сестре, которая сбежала на Манипуру, где бы ее точно не стали искать. Он знал, что она выживет. Если дожила до сих пор, то и там справится. Но почему-то сейчас он вдруг подумал, что ей могло прийти в голову пойти в Храм Луови. Чтобы получить защиту Храма, на который никогда никто с оружием не пойдет. Это ведь милые девочки и мальчики, что толкают в мир любовь и свет! Спрятаться там было бы удачной идеей…
«Но она никогда не будет раздвигать ни перед кем ноги. Даже не посмеет!» - он знал это, но почему-то мысль, что сестра будет жить в одном из луовийских храмов, если она действительно решит спрятаться там… От этой мысли передергивало.
 
ДарленнДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 03:49 | Сообщение # 55







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Колдунья ожидала очередную дерзость и грубость, но к ее глубокому удивлению этого не произошло. То ли Шиану надоели препирательства, то ли собственные мысли казались более интересными и он вообще собеседницу не слушал. Оба варианта Дару более чем устраивали, хотя ей и было…даже не совестно, а как-то тревожно. Тревогу эту порождало сейчас не столько внешнее (а внешнее бродило вокруг лагеря, злобно ворчало, и заставляло вздрагивать), сколько собственные ощущения. Боролись в ней сейчас целительница и обыкновенная женщина, которую выходки невольного спутника уже порядком достали.
Тэнэбрэ сам напоминал ей зверя, устроившего возле костра. Хмурого, на кого-то сердитого, огрызающегося на протянутую руку. Хотя нет, пожалуй, с обычным лесным зверем было бы проще. А вот эти…как их там…дерлоги! Вот они на Шиана очень похожи. И не только глазами, но и повадками… Видно, в Чисгэрии этой другие не выживают.
Чем дольше айлвийка наблюдала за белокосым, тем сильнее убеждалась – ей в жизни не понять, что творится в его голове. Хотя, что уж там, после десяти лет общения с хозяином, который нравом уже больше напоминал драгуна, чем эрбэнэт, она и своих сородичей не всегда понимала.
В подтверждение недавних мыслей прозвучал вопрос мужчины.
Колдунья вскинула удивленный взгляд, и чуть помедлив, пусть подозревая какой-то неведомый пока подвох, ответила:
- То, что она выберет для себя сама. В Храме никто ни к чему не принуждает. И многие из нас приходят к Луови в поисках чего-то…своего.
Мира, веры, любви, спокойствия, равновесия, чувства защищенности… В храм ведут тысячи дорог. Главное, найти свою. Она ведь тоже шла к Богине со своей собственной просьбой, ожидая сперва помощи, и только потом желая отдавать нечто взамен.
Думать о смирении и храме мешала та самая тревога. Неприятная червоточина, мешающая жить всегда, когда есть незаконченное дело. Вот оно, ее незаконченное дело, сидит и хмуро всматривается в пламя костра. Дара глубоко вздохнула – целительница в ней победила. А вот состязание «Кто кого пересидит» Шиану проиграла.
Поднявшись со своего места, она вновь опустилась на землю по левую сторону от тэнэбрэ. Руна на запястье светилась мягким, каким-то приглашающим светом. Правая ладонь коснулась когда-то поврежденного плеча, большой и указательный пальцы левой легли под ключицами. Эрбэнэт прикрыла глаза, и мысленно попыталась «нащупать» несущие артерии, поймать ритм сердца. Конечно, будь она за спиной, то пользовалась бы обеими руками, что существенно упрощает дело. Но нет, не приведите Боги пустить кого-то за спину…да что она ему сделать-то может? В загривок вцепиться?
- Ты еще упрямей этих…- не открывая глаз, пробормотала жрица, - делоргов.
Будто в ответ, со стороны раздалось недовольное ворчание.
 
ШианДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 04:17 | Сообщение # 56







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Ответ Шиана не очень успокоил. Пусть он и знал, что сестра не останется там, где ее вновь будут принуждать что-то делать, то, что в этом их Храме Луови можно было делать что угодно, в разумных пределах, конечно, не отбрасывало мысль, что за ней все равно будут следить. Исподтишка, наблюдать, смотреть, оценивать… ждать. А ведь догадаться, откуда взялась тэнэбрэ и кто она такая – не так уж и сложно. По сестре было видно, что она долго время была в рабстве.
«Высокородная, с задавленными невольной жизнью манерами и этим ее высокомерием…» - Шиан мысленно усмехнулся, прикинув, что его в этом плане принять за раба, наверное, сложно. Но все потому, что он никогда и не был рабом. Да, он жил в неволе, но демона с два кто-нибудь когда-нибудь заставит его в мыслях называть себя рабом. Сестра в этом плане сдалась быстрее. Почти даже смирилась. Она напоминала ему забитую камнями дикую кошку, что зло смотрела на окружающий мир и скалила клыки. Одно неверное движение – и она бы вцепилась зубами в любую из протянутых рук, даже если бы это была его рука, стоило бы ей лишь увидеть что-то, что она бы восприняла как угрозу.
Но ее неволя закончилась раньше, чем она дожила до такого состояния. Теперь она была свободна и теперь ей необходимо было выжить. Она была умной и знала, что надо делать, а чего не стоит. Она хорошо знала жизнь и Шиан был уверен, что она выберется, даже если будет паршиво. И все же его злила мысль, что он не сможет быть рядом, когда кто-то решит поднять на нее руку, как в прямом, так и в переносном смысле… чтобы оторвать эту руку к демонам Танатосовым.
На слова эрбэнэт Шиан ничего не ответил. Он продолжал смотреть на огонь, краем глаза следя за границами лагеря и прислушиваясь к каждому шороху. Пока девушка вдруг не решила приблизиться. Он следил за ней внимательным взглядом, когда она шла к нему, а затем села слева от него и вернулась к прерванному лечению.
«Как я и сказал…» - подумал мужчина, когда отметил, что девчонке действительно было не обязательно заходить ему за спину. Вспомнилось ее «подождем» и сейчас Шиан задумался, что если она ждала, пока он сам ее попросит его подлатать, то сильно прогадала – он бы не обратился к ней. Но что-то произошло, что она решила продолжить. Может быть, сама поняла, что он не обратится к ней больше, и решила не ждать.
Пока она «работала» над его левым плечом, тэнэбрэ внимательно следил за ней, косясь левым глазом, и глядя ей в лицо, чуть наклонив голову вниз. На лице девушки вновь было то сосредоточенное, хмурое и малость даже злобное выражение. Словно она смотрела на то, как кого-то унижают, но не испытывала сочувствия. Почти с такими лицами его родня наказывала предателей Клана и Семьи.
- Ты слишком долго носишь маску, - вдруг сказал он, не отводя серьезно-задумчивого взгляда. - Она кровоточит.
Тэнэбрэ сощурился.
- Выброси её, - отвернувшись, добавил он, - если хоть немного себя уважаешь.
 
ДарленнДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 16:04 | Сообщение # 57







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Пульс она поймала быстро, а вот «вписаться» в ритм все никак не могла. И сидеть было неудобно, и треклятые твари, шастающие вокруг костров, отвлекали, и сам тэнэбрэ умиротворению не способствовал. Стоило немалых усилий сконцентрироваться настолько, чтобы звуки окружающего мира стали затихать, зато удары чужого сердца слышались четко.
На некоторое время, она должна была стать как будто продолжением сидящего здесь же мужчины. Его кровь в эти двадцать-тридцать минут будет перемешана с колдовской силой, что течет сквозь пальцы, и та вытянет любую заразу. И чтобы сделать работу чисто, ей было мало пострадавшего плеча, нужен большой круг кровообращения... Впрочем, самому Шиану это вряд ли интересно.
Колдунья наконец-то поймала ритм, ощутив, как стремительно греется Руна на запястье. Через руки медленно «потекла» горячая, пульсирующая энергия…
А потом зазвучавший голос отвлек внимание, разрушил хрупкие связи-мостики, которые эрбэнэт перекинула между собой и чужим организмом. Вновь накатили запахи и звуки, ощущение реальности, а так же раздражение, поднимающееся, будто приливная волна.
Не открывая глаз, девушка медленно и очень тихо выдохнула.
Сиди здесь кто-то другой, не тэнэбрэ, жрица от души посоветовала бы ему заткнуться, и не открывать рот, покуда она не закончит. Но этому такие советы давать чревато, нужно просто взять себя в руки и начать все с начала.
Пытаясь усмирить собственные эмоции, Дара отметила, что на Манипуре она за месяц столько не злилась, сколько за два дня общения с белокосым.
Хотя смысла его слова лишены не были…
На этот раз отрешиться оказалось еще сложнее. И все же спустя несколько минут чужое сердцебиение вновь заполнило все – оно отдавалось в кончиках пальцев, запястьях, груди, горле. Раз за разом целительница прогоняла потоки собственной силы, «выжигая» в крови все чужеродное.
«Выходила» она из такого состояния постепенно – сперва затихал стук чужого сердца, затем возвращались собственные чувства, а потом уж и Руна гасла, прекращая обжигать кожу. На этот раз ни боли в висках, ни слабости не ощущалось – она все сделала, как положено.
Уже поднимаясь на ноги, девушка мысленно вернулась к последним обращенным к ней словам. Демоны знают как, но кое-что Шиан угадал. Будучи эрбэнэт по рождению и религии, любя Манипуру и уважая традиции своего народа, она часто не понимала сородичей. Нет, Дара оставалась такой же жизнерадостной и отзывчивой, как и ее сверстницы, но не умела она жить вот так – одной дружной семьей. Не умела и не хотела учиться, ей не нужен был муж, огромный древодом, куча детей и родственников под боком. Вместо этого хотелось чего-то другого… Далекого, странного, необъятного. Поэтому в свое время она и пришла в Храм Луови – в поисках смирения и спокойствия. Но, увы…
- Выброшу, - хрипловато ответила колдунья, - когда придет время.
Опускаясь на свое прежнее место, ощутила, как накатила соловая усталость и голод. Проклятый день все не хотел заканчиваться.
 
ШианДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 17:27 | Сообщение # 58







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Каштановая ничего не ответила, а взгляд ее, казалось, потемнел, потеряв жизненный блеск. Шиан вдруг подумал, что она, похоже, вообще его не слышала, а может просто решила, что ей нечего ему ответить. Плевать. Пусть и так, ему не нужен был ответ. Он сказал то, что хотел, и больше ему ничего было не нужно. Но зато пока девчонка работала, он смог внимательно разглядеть ее лицо, заодно следя, чтобы она не сделала чего-то, о чем потом бы пожалела, пусть он и сомневался, что она стала бы.
«Что в ней не так?» - хмуря брови, продолжая разглядывать девушку, думал Шиан. Он видел перед собой типичную эрбэнэт. Остроухая, преклоняющаяся перед Луови и ее учением, толкающая в мир их же, искренне верящая в них, даже состоящая при Храме как целительница, проявляющая даже к нему доброту, явно из-за своей же религии, а не по личной прихоти… казалось бы, раба своей Богини, самая обычная. Но в ее глазах отражалось что-то, что и рядом со всем этим не стояло. И даже больше, чем он думал до этого.
Она была словно растением, что вырвали из дикого сада и пересадили в аккуратную клумбу. Она продолжала там цвести, но была там лишней и смотрелась нелепо. Интересно, насколько сильно трескалась ее маска в окружении ее сородичей. Глядя на девушку тэнэбрэ вдруг четко представил картину того, как она улыбается всем вокруг, а стоит отвернуться, как улыбка пропадает, вместе с блеском в глазах.
Что это было? Тяжелое прошлое? Если только брать хозяина, который ее бил. Но могло быть и что-то раньше. Что-то, что посеяло в ней это семя, которое за годы жизни дало прорасти в ней целому древу, ветки которого теперь и заставляли ее маску трескаться. Если предположить, что произошло что-то, а затем она стала прислуживать, где тоже что-то произошло… то приход в Храм Луови мог быть просто побегом.
«Многие из нас приходят к Луови в поисках чего-то… своего», - Шиан сощурился, вспомнив ее ранние слова. Что же привело ее туда? Желание склеить маску? Или попытаться понять, что она у нее есть?..
Размышления прервались, когда эрбэнэт начала «возвращаться». Шиан сразу заметил, как во взгляд вернулось осознание происходящего вокруг, а движения потеряли прежнюю монотонность и стали более резкими, живыми. И вдруг он получил ответ на свои последние слова.
Внимательно глядя на девушку, тэнэбрэ сощурил правый глаз чуть сильнее, словно задумавшись над чем-то вновь, хотя на деле лишь изучал ее лицо, когда она это сказала и после, когда ее же слова должны еще были звучать в ее голове. Эрбэнэт же заняла свое место у костра. Шиан отвел хмурый, даже какой-то злой (но для него, в общем-то, самый обычный) взгляд в противоположную сторону, заодно глянув в тень, где ходили делорги.
Ему не нравилось это чувство. Чувство того, что кто-то посягает на его вещь. Даже если это прошлое девчонки, что повлияло на нее так, что даже он стал видеть ее иначе. А еще его выдавливало изнутри понимание того, что эта дуреха все-таки прогибается подо что-то, раз носит маску. Он в принципе ненавидел тех, кто носил маску в угоду кому-то, но в ущерб себе.
- Носить маску себе неугодную – хуже, чем раздвигать перед кем-то ноги, - глуховато отозвался Шиан, посмотрев на девчонку. – Тебе нравится веселить толпу? Ублажать так это стадо?
Он фыркнул, скривив губы, с легким отвращением посмотрев на огонь.
- Лучше быть рабом своих желаний, чем чужих. Страх, - серые глаза обратились к девушке, - вот твои цепи. Ты так боишься своих желаний, что готова жить чужой жизнью. Жалко, - сощурившись, добавил Шиан, словно поставив точку.
Да, он ненавидел тех, кто носил маски ради толпы. Потому что считал таких людей рабами своего страха. А тот, кто подчиняется своему страху - больше, чем просто слаб. Он жалок, но даже не достоин жалости. Сам он никогда не носил маски ради толпы. И это оставило на его теле вполне отчетливые следы...
 
ДарленнДата: Воскресенье, 25 Мар 2012, 23:46 | Сообщение # 59







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Колдунья на мгновение устало прикрыла глаза – опять «раздвинутые ноги». Началось. Что ж у него за пунктик-то такой? Они знакомы менее двух суток, обменялись тремя десятками фраз, а тэнэбрэ почему-то решил, что знает о ней достаточно, чтобы давать советы. Какое его дело? Откуда столько интереса к вещам не касающимся?
Дара сама весьма редко позволяла себе отпускать замечания касательно чужих поступков, и очень не любила тех, кто считал, будто все знает лучше. Спорить не хотелось. Ничего не хотелось, только есть и спать, два скотско-животных желания. Ни одно не осуществимо. Почему бы не напомнить Шиану, об «умных женщинах»? Ведь они, знают, когда стоит прикусить язык и надеть маску покорности, в угоду мужику.
Эрбэнэт глядела в костер, ощущая, как усталость ползет по венам, будто яд.
Как по ней, все достаточно просто, и не стоит таких эмоций, долгих рассуждений. Не нужно быть рабом чего-то, не нужно чего-то бояться. Нужно задать себе два вопроса: «что ты можешь?» и «чего ты не можешь?». К примеру, она может работать целительницей при храме. Может пытаться перекроить себя. Может стремиться к смирению. А чего не может?
Избавиться от законов собственного общества. Избавиться от самого тэнэбрэ. От тварей, шастающих вокруг лагеря. И выспаться – да, этого она тоже не может.
Вот и весь сказ.
- Ну при чем здесь страх, рабы, цепи? – девушка устало потерла переносицу. - Есть желания исполнимые, а есть невозможные. Гнаться за последними глупо. Принесешь несчастье и себе, и окружающим.
Ну, сейчас он скажет, либо «дура, ты ничего не понимаешь» - и, надо признать, не ошибется, она не понимала из-за чего разводить такие рассуждения. Или бросит, очередную напыщенную гадость. В принципе, ожидаемо. Хотя, чтобы предупредить подобные разговоры, айлвийка готова была попытаться объяснить, каково оно – когда живешь среди хороших, светлых, приятых тебе людей, но, увы, не понимаешь их. Не разделяешь их взгляды, мечты, надежды. Что десять лет взросления рядом с недо-айлвом перекроили ее до неузнаваемости. Что она знает что такое «правый галс» и «шкаторина», но при этом ей глубоко плевать на то какого цвета глаза у красавчика Лиафа с улицы Красного Лебедя. Что она на языке драгунов знает пятьдесят простейших слов, умеет считать до десяти и сквернословить так, как не каждый фринбальдийский мужчина способен. Хозяин, бывший капитан, в выражениях не стеснялся…
- Что уважали там, где ты родился? Что делало «достойным»? – задумчиво спросила целительница.
Сообщение отредактировал Дарленн - Воскресенье, 25 Мар 2012, 23:48
 
ШианДата: Понедельник, 26 Мар 2012, 00:08 | Сообщение # 60







Западные границы леса близ города Ораэ. Поляна с костром.

Шиан раздраженно «тхыкнул» на выдохе, когда эрбэнэт, которая вообще ни демона не поняла из его слов, начала делить вещи на возможные и невозможные. Сразу стало ясно, что она делит так весь мир для себя. Стоит на одной из нижних ступеней огромной лестницы жизни и скулит, что не может подняться выше. А почему? Ступени слишком высоки?..
- Пока ты считаешь, что ты чего-то не можешь – ты никогда этого сделать и не сможешь, - не сказал, а выплюнул тэнэбрэ, коротко глянув на девушку, блеснув серыми глазами, в которых читалась злость, как и всегда. – Ты можешь скулить об этом всю оставшуюся жизнь, а можешь встать, пойти и попытаться что-то сделать. И пытаться до тех пор, пока не получится. Но когда ты трясешься от боязни боли, одиночества и непонимания – демона с два ты хоть что-то сможешь сделать. Эта проклятая привязанность к окружению – вот цепи, которые каждый на себя сам набрасывает.
Он фыркнул, поведя плечами, потому как по спине пробежался неприятный холодок. Все-таки осенний ветер давал о себе знать, пусть здесь, в окружении деревьев, ветерок был совсем слабый. Хотя сам фырк был начальным ответом на вопрос девчонки.
- Сила, - коротко отозвался Шиан, стрельнув взглядом в сторону девушки. – Если ты не можешь побороть собственных «демонов», то каждый сможет сломить тебя. И каждый день – испытание. Способ доказать себе, что ты чего-то стоишь. Что ты не будешь прятаться за словом «невозможно» и пойдешь к цели до конца, вложишь в это все свои силы и даже душу, если это будет необходимо. Раздирать ради достижения своей цели кожу на руках, стаптывать ноги, набивать синяки – вот что значит идти к своей цели. А не сидеть, - он неопределенно кивнул куда-то в сторону костра, - и говорить, что что-то невозможно. Если этого смог достигнуть кто-то еще – сможешь и ты. А если ты ищешь оправдания, значит, ты не достоин этой цели и даже не имеешь права скулить.
Сказав это, Шиан волком посмотрел на огонь, вспоминая свою жизнь до рабства. Пусть семью свою он любил, от каждого там приходилось ждать ножа в спину. Даже от тех, от которых никогда бы его не ожидал. И нужно было всегда воспитывать в себе понимание того, что однажды, возможно, придется перерезать глотку самому дорогому человеку просто потому, что так надо. Потому что от этого будет зависеть собственная жизнь.
Девчонке из Храма Луови такая жизнь даже не снилась. И ее нытье слышать было от этого еще более противно.
 
ФРПГ Плач Богов: Император » ИГРОВОЙ МИР » Руины памяти: Эпилог » Какова цена жизни? (2 день Второго месяца Осени 721 года. Империя, Район Далий.)
Страница 3 из 4«1234»
Поиск:


Общение с видом на Обновления
 
500
  • Рука помощи (№16 | 16:52)
    Автор: Брэндт

  • Горза "Ищейка" (№11 | 17:32)

  • Керк "Танцор" (№3 | 01:27)

  • Белые башни Империи (№6 | 01:47)
    Автор: Kаин

  • РЕКЛАМА №4 (№1891 | 22:25)
    Автор: Брэндт

  • Глубокие следы (№52 | 19:36)
    Автор: Кила

  • Простой сложный выбор (№0 | 18:27)

  • Всего лишь наемник (№12 | 11:44)
    Автор: Рона

  • Не сидя на месте (№115 | 13:34)
    Автор: Рона

  • Загнанные звери (№64 | 21:53)
    Автор: Рейка

  • Жгучее касание (№19 | 22:38)
    Автор: Рона

  • Рона Эйнвар (№1 | 09:01)

  • Спасительное уединение (№44 | 00:28)
    Автор: Рейка

  • И человек немыслим без людей (№15 | 00:13)
    Автор: Анлеифра

  • Юмор общежитейский (№80 | 21:09)
    Автор: Рейка

  • Проблемы Носителя (№12 | 18:04)
    Автор: Рейка